Церковь Покрова Богородицы

К началу 1980-х годов храм являл собою печальное зрелище — руины. И, отнюдь, не живописные. Крыша трапезной полностью обвалилась и лежала на земле, пола уже не было. Кирпич церковных стен раскрошился , и сами стены стали постепенно разваливаться. Полностью разрушилась участок правой стены трапезной, примыкающий к главной части храма. В ней тоже мало что напоминало Дом Божий. Какая-то грязь, доски, исписанные и разрисованные местными сквернословами стены… Снаружи храм был не менее изранен. Кровельное железо сгнило и рассыпалось. Обрушилась кладка фронтонов. Деревья, пустившие корни в стены перекрытия, разрушали то, что не закончило время и безумные люди. Повсюду валялись колотые кирпичи, то и дело сползавшие с крыши. Само присутствие здесь было опасным для жизни…

Разрушения казались необратимыми. Потому, носившиеся в начале 1980-х идеи о создании в Покровском храме краеведческого музея, сменились слухами о том, что во властных структурах зреет мысль убрать жуткие развалины, уродующие вид на Мологу, а на живописном высоком берегу, разровняв предварительно кладбище, построить новый дом культуры. Но, к счастью, этого не случилось.

Весной 1990 года на стенах домов и магазинов, на автобусных остановках и прочих общественных местах появились рукописные объявления, приглашавшие всех желающих и неравнодушных принять участие в субботнике по уборке мусора в развалинах Покровской церкви. Многие отнеслись тогда к этому скептически: «Легче и дешевле построить новый храм, чем ремонтировать эту груду кирпичей». Однако инициаторы, пожилые благочестивые женщины, многие из которых помнили службы в храме до его закрытия в 1930-е, знавшие и последнего настоятеля отца Сергия (Нименского) и его матушку Анну Петровну, похороненную напротив алтаря, понимали, что новый храм можно строить. Однако он должен быть в другом месте и с другой историей, а здесь нужно в глубоком покаянии вернуть Господу то, что в безумстве своем разрушили отцы и деды. Кроме того, участвовавшие в субботниках — которые стали потом еженедельными — «царские старухи», женщины преклонного возраста, родившиеся до революции, рассказывали, что существует намоленность святого места. Ей никакие разрушения не страшны.

Но вот, наконец, развалины храма удалось привести в более-менее пристойный вид. Нужно сказать, что сомнения о целесообразности ремонта столь сильно разрушенного храма были не только у обычных пестовчан, но и в среде духовенства. Однако, глаза боятся, а руки, как известно, делают. С Божией помощью нашлись люди, в то очень непростое время, которое именуем мы теперь лихими девяностыми, изыскавшие возможность и проявившие добрую волю поучаствовать в реставрации храма. Тем, что Покров на Мологе поднялся из руин в первую очередь мы, нынешние прихожане, обязаны двум директорам тогда градообразующих предприятий — ОМЗ и ЛК. Алексею Ульяновичу Барановскому и Владимиру Петровичу Васильеву. Они помогали материалами, техникой, людьми. В результате за три года храм был восстановлен настолько, что появилась необходимость регулярно совершать в нем службы. Та же инициативная группа отправилась в Новгород, к владыке, правящему архиерею епископу Льву с просьбой назначить в Покровский храм настоятеля.